Закон против фьючерсов. Реформа игорного бизнеса грозит разрушить срочный рынок.

Новый закон об азартных играх может нанести сокрушительный удар не только по казино, но и по срочному финансовому рынку. Поскольку расчетные фьючерсы в России принято считать сделками пари, ими нельзя будет торговать через Интернет, а биржам придется переехать в одну из четырех игорных зон.

После кризиса 1998 г. российские банки, не пожелавшие выполнять свои обязательства по расчетным форвардным валютным контрактам перед иностранцами, смогли убедить арбитражные суды, что это сделки пари, которые согласно Гражданскому кодексу (ГК) не подлежат судебной защите. За все эти годы сложилась практика исходя из определений судов, что срочные сделки, исполняемые путем финансовых расчетов, являются сделками пари, так как они основаны на рисках, рассказывает собеседник “Ведомостей”, близкий к Федеральной службе по финансовым рынкам (ФСФР).

Это обстоятельство, по его словам, заморозило развитие срочного рынка в России на несколько лет. Для решения проблемы судебной защиты расчетных срочных контрактов ФСФР разработала поправку в статью “Проведение игр и пари” ГК, которая прошла в июне первое чтение в Госдуме. Суть ее сводится к тому, что расчетные деривативы хотя и признаются сделкой пари, но все равно подпадают под судебную защиту, говорит гендиректор агентства Derivative Expert Илья Ефимчук. В результате производные инструменты окажутся приравнены к сделкам пари уже не на уровне судебных прецедентов, а на уровне ГК, говорит он. С появлением законопроекта о госрегулировании деятельности по организации и проведению азартных игр данная поправка угрожает всему рынку деривативов, объем торгов которого уже достигает $500 млн в день — более четверти российского фондового рынка.

В законопроекте, который был внесен президентом в Госдуму в октябре, сказано, что пари — это “азартная игра, при которой исход основанного на риске соглашения о выигрыше <...> зависит от события, относительно которого не известно, наступит оно или нет”. Действие закона может быть распространено на срочные сделки и на биржи, где они совершаются, говорит предправления Национальной ассоциации участников фондового рынка (НАУФОР) Алексей Тимофеев. Эту проблему НАУФОР обозначила в письме, которое направила в ФСФР в пятницу.

Напомним, что согласно президентскому законопроекту “деятельность по организации и проведению азартных игр может осуществляться <...> исключительно на территории игорных зон” (каковых предусмотрено создать в России всего четыре), а организация азартных игр “с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети Интернет, а также средств связи <...> запрещена”.

У срочного рынка в связи с этим возникнут проблемы. “Биржам и брокерам придется вспомнить старые добрые времена голосовой торговли — правда, организовывать торговые залы придется не в Москве или Санкт-Петербурге, а в одной из четырех лесостепных зон”, — живописует масштабы бедствия Ефимчук. Или инвесткомпании и банки будут вынуждены хеджировать свои риски на западных площадках, что никак не соответствует политике ФСФР по возврату в страну российского фондового рынка, добавляет исполнительный директор “Олмы” Андрей Белинский. “Надеюсь, до абсурда не дойдет и срочный рынок не приравняют к казино”, — говорит директор департамента фондового рынка ММВБ Михаил Темниченко. Наиболее эффективное решение вопроса — внесение изменений в законопроект об игорном бизнесе, считает президент РТС Олег Сафонов.

Это и предлагает НАУФОР в письме ФСФР. Например, можно внести изменения в определение азартных игр, оговорив, что финансовые сделки ими не являются, полагает Тимофеев. “Мы активно работаем с законодателем и знаем, что в Госдуме есть четкое понимание того, как решить эту юридико-техническую задачу, — рассказывает замруководителя ФСФР Владислав Стрельцов. — Для всех очевидно, что срочный рынок, как необходимый для экономики механизм перераспределения рисков, не может быть приравнен к рулетке и прочим азартным играм”.

В пятницу стало известно, что законопроект об игорном бизнесе будет рассмотрен в первом чтении 17 ноября, а ранее председатель Госдумы Борис Грызлов заявлял, что законопроект будет принят Думой в ноябре. Успеть еще можно, уверен руководитель комитета Госдумы по собственности Виктор Плескачевский: “Мы будем настаивать на том, чтобы необходимые поправки встали в законопроект”.

Гюзель Губейдуллина
«Ведомости» [1]