«Игорный бизнес надо в кратчайшие сроки брать под жесткий государственный контроль», – считает Владимир Медински
Госдума готовится принять во втором чтении законопроект о государственном регулировании игорного бизнеса. В интервью газете ВЗГЛЯД зампред думского Комитета по экономической политике Владимир Мединский (фракция «Единая Россия») рассказал, к чему может привести полный запрет казино и игровых автоматов и что делать 50-тысячной армии потенциальных безработных.
- Владимир Ростиславович, складывается впечатление, что законопроект об игорном бизнесе ждет такая же судьба, как в случае с законом о рекламе. Последний Госдума приняла почти через год после его рассмотрения в первом чтении. Какие перспективы у вашего второго громкого детища?
- Это «детище» – труд коллектива депутатов. На самом деле я не автор, а присоединился к его разработчикам, в числе которых Валерий Драганов, Юрий Медведев и Георгий Лазарев, после появления первой версии законопроекта. Что касается угрозы затягивания его прохождения в Госдуме, то она реально существует. Сейчас в адрес авторов раздаются обвинения в отстаивании… интересов крупного игорного бизнеса (?!).
«Требования к игорному бизнесу предъявляются действительно жесткие, но не запретительные» Что тут скажешь: ситуация напоминает историю с украденным в трамвае кошельком, когда вор кричит громче всех, призывая ловить вора. Если прочитать текст законопроекта, то станет очевидным, что он защищает прежде всего наших граждан от игорной вакханалии.
И потому документ был изначально хорош уже тем, что хоть как-то ограничивал тот беспредел, который творится в игорном бизнесе. А после того как в проект были внесены существенные изменения в администрации президента, ряд ужесточающих поправок депутатами, он стал еще лучше. Если закон будет принят, то Драганову и депутатам надо поставить памятник. На месте какого-нибудь закрытого казино.
- В чем все-таки проблема? Ведь ранее в профильном комитете уверяли, что документ появился на свет в результате компромисса.
- Я считаю этот законопроект правильным, но чрезвычайно мягким. Очень надеюсь, что ко второму чтению он станет жестче. Естественно, бизнес чувствует себя вольготно в условиях отсутствия регулирования со стороны государства. И чем более жесткие условия мы пытаемся ставить, тем громче хор возмущения. Но я бы призвал оппонентов руководствоваться здравым смыслом.
Представители серьезного игорного бизнеса должны понимать, что они тоже заинтересованы в нормальном законодательном регулировании своей деятельности. Без него им не приходится рассчитывать на спокойствие, ясные перспективы на отечественном рынке, понятный курс со стороны государства. Между тем каждый из серьезных владельцев казино, наверное, хочет, чтобы у него все было легально и прозрачно, можно было выйти со своими акциями на фондовый рынок, передать дело по наследству. Но за это им придется научиться вести себя цивилизованно, платить государству нормальные, а не смехотворные налоги, делиться с обществом, а не беззастенчиво обирать граждан.
Владимир Мединский
- Судя по тому, как представители игорного бизнеса отреагировали на ваши последние предложения и даже направили обращение депутатам, в котором высказали свое несогласие с положениями документа, они придерживаются другого мнения. Как вы считаете, есть ли у них весомый повод для беспокойства?
- Сразу уточню: я не получал никакого обращения и никто из представителей игорного бизнеса ко мне не приходил и не разговаривал. Однако полагаю, что они излишне драматизируют последствия предлагаемых в законопроект изменений. Требования к игорному бизнесу предъявляются действительно жесткие, но не запретительные. По сути, речь идет об умеренно радикальном варианте его регулирования. А ведь есть и другие. Например, Госдума отклонила законопроект Александра Лебедева и Андрея Самошина. Проект этот смелый и концептуально правильный. И, надо отдать должное, эти депутаты достойны уважения за проявленное ими гражданское мужество. Однако их законопроект слишком радикален. Будучи реалистами, мы должны понимать, что предлагаемые в нем практически запретительные меры в нынешних условиях не пройдут. Но при этом процесс наведения порядка в игорном бизнесе затянется на неопределенный срок.
- То есть в Госдуме намерены и дальше стоять на своем?
- Мы – за дальнейшее ужесточение положений законопроекта. И поверьте, последние предложения, внесенные группой депутатов-единороссов, не приведут к «полной гибели» отрасли, как утверждают наши оппоненты. Новые ограничения для игорного бизнеса – вполне посильный груз. Это касается и увеличения чистых активов, повышения требований к размерам самих игорных заведений и т. д.
Также предлагается повысить предельно допустимый возраст, по достижении которого человек может открыть двери казино, – с 18 до 21 года. По мне, так надо вообще поднять планку до 30 лет. Пусть лучше наша азартная молодежь в свои лучшие годы решает демографическую проблему – детей заводит, семьи создает, образование получает. А уже в зрелом возрасте, если позволяют материальные возможности, шатается по казино.
Что касается каких-либо смягчений положений законопроекта, то они могут, например, коснуться букмекерских контор. Доходы таких контор, конечно же, несопоставимы со сверхдоходами казино или игорных залов. Социального вреда от них – никакого. Во всем мире букмекерские конторы вообще не относят к игорному бизнесу, это что-то вроде клуба одержимых ставками спортивных фанатов. В законопроекте же их причесали под одну гребенку с казино и игорными заведениями. Очевидно, что это ненормально.
Почти 100% респондентов высказывались за ограничение игорного бизнеса
- На какую поддержку вы рассчитываете в обществе?
- Проводились десятки опросов. И почти 100% респондентов высказывались за ограничение игорного бизнеса, а 75% – за его полный запрет. Около 80% считают, что казино и залы игровых автоматов надо вывести за пределы центров городов и населенных пунктов, жилых районов и мест массового скопления людей. Но самое страшное, что мы обнаружили в этих опросах, касалось ответа на вопрос о наличии знакомых, которые подсели на игру. Более 50% респондентов ответили, что у них такие знакомые есть.
Из этого можно сделать вывод, что проблема приобрела социальный характер. Причем в большинстве своем люди у нас играют не для того, чтобы удовлетворить потребность в азарте, а чтобы получить легкие деньги. По той же причине вкладывали деньги сотни тысяч наших граждан во всякие МММ и «Хопер-Инвесты» в начале 90-х. Кстати, мы не одиноки в столь массовом стремлении испытать судьбу. Японцам и китайцам игорный азарт свойственен еще в большей степени. Но в том же Китае компартия решила проблему кардинально: просто взяла да и запретила весь игорный бизнес в стране, ограничив его пребыванием на острове Макао.
- Можете ли вы рассчитывать на столь решительный подход к вопросу регулирования игорного бизнеса в России со стороны правительства и администрации президента?
- Рассчитывать мы, конечно, можем. Только лоббисты от игорного бизнеса не дремлют. В арсенале у них немало приемов и способов «замотать» законопроект в различных согласованиях и бесконечных «улучшениях». Они ими активно пользуются, не очень-то задумываясь о последствиях. На самом деле своей бесконтрольной деятельностью они невольно провоцируют власть на принятие более решительных мер по наведению порядка в данной сфере.
Похоже, чувство самосохранения здорово изменяет воротилам игорного бизнеса. На их месте не стоило бы столь активно противостоять попыткам ввести очевидно необходимое законодательное регулирование игорной отрасли. По принципу «из двух зол выбирают меньшее» им лучше смириться с принятием жесткого закона, чем дожидаться, когда власти надоест эта вакханалия и она просто стукнет кулаком по столу. Весьма популярный будет предвыборный шаг, кстати.
Напомню, что по такому пути пошла некогда Франция при Наполеоне, тогда все игорные заведения в Париже закрыли за сутки, а обнаруженные при этом деньги и ценности были изъяты в пользу казны. Уже на нашей памяти подобные сценарии были осуществлены в Турции, в том же Китае.
Владимир Мединский
- Столь мрачные перспективы вряд ли выгодны и бизнесу, и государству – ведь тогда казино будут вынуждены уйти в тень.
- О том и речь. Поэтому я отношу себя к умеренным радикалам. Запрет игорного бизнеса в современных российских условиях – это такая же глупость, как действующий ныне в стране запрет на проституцию. Мы упорно делаем вид, что у нас нет проституток. Но в нынешнем своем нелегальном виде, неконтролируемая государством, проституция несет с собой полный «теневой» букет: СПИД, сифилис, криминал, работорговлю и милицейскую коррупцию. Это пример, к чему приводят непродуманные запреты. Вот почему нельзя вводить полный запрет на игорный бизнес, пустивший в стране слишком мощные корни. Его надо в кратчайшие сроки брать под жесткий государственный контроль, всемерно ограждать от его влияния граждан.
- Опыт московского правительства по сокращению количества игорных заведений поставил вопрос о безработице. По прогнозам после вступления закона в силу на улицах может оказаться до 50 тыс. человек. Вас не пугает такая проблема?
- Это из раздела, что если государство победит проституцию и наркоманию, то огромное количество сутенеров, наркодилеров и наркоторговцев окажутся не у дел. Давайте подойдем к вопросу с другой стороны: вы лично хотите, чтобы ваш сын или дочь имели такую работу? Может быть, они найдут себе более достойное занятие?
- Будут ли налагаемые ограничения на игорный бизнес в дальнейшем сопровождаться повышением налоговых ставок?
- Обязательно должны. Сейчас ставка просто смехотворная – от 50 рублей в день с одного игорного автомата. Чтобы понять, насколько это мало, достаточно зайти в любой столичный игровой зал и посмотреть, сколько всасывает в себя этот агрегат за каких-то полчаса.
- Насколько мне известно, аналогичные предложения уже давно пылятся на думских полках. Почему депутаты медлят?
- Одно из таких предложений по увеличению вдвое налогов на игровые автоматы поступило от Законодательного собрания Краснодарского края еще в прошлом году и было принято Госдумой в первом чтении. Игорные лоббисты сразу же взвились орлами, и с тех пор законопроект завис. Предложения с треском провалились в налоговом комитете, вопрос постоянно тормозится и на уровне аппарата.
Кроме того, ряд принципиальных предложений по совершенствованию налогообложения игорного бизнеса вносился депутатами, в том числе мною и моими коллегами по фракции: руководителем ЦИК «Единой России» Андреем Воробьевым и зампредом Комитета Госдумы по бюджету и налогам Ильдаром Габдрахмановым.
Депутатские поправки предлагали в четыре раза поднять минимальные налоговые ставки на игровые автоматы и на столько же повысить налоги на игровые столы в казино и букмекерские конторы. Такие ставки были бы гораздо справедливее по отношению к тем сверхдоходам, которые сегодня имеет игорный бизнес.
Причем тут надо понимать, что речь идет о довольно широкой вилке налогов, учитывающей особенности разных регионов России (предлагалось с игорного автомата взимать от 6 до 30 тыс. рублей в месяц). В одних субъектах могут определить эти налоги ближе к низшей планке, а, например, для Москвы или Питера заплатить максимальный налог с одного автомата – не проблема. В накладе их хозяева все равно не останутся.
Но казино упорно не желают платить нормальные налоги со своих сверхдоходов. Нынешние законы им это позволяют, а новые под различными предлогами не принимаются. Увы, видимо, не хватает политической воли.
- Скажите, каким будет график дальнейшего прохождения законопроекта об игорном бизнесе в Госдуме?
- Предполагается, что на неделе документ будет рассмотрен на профильном комитете для вынесения на рассмотрение Госдумой во втором чтении.
Елена Зимина
www.vz.ru [1]
Ссылки:
[1] http://www.vz.ru